В этот день… №3-14 (11-20 марта)



Александр Грищенко Как и почему люди выбирают дело своей жизни? Что повлияло на выбор профессии создателя самых тяжёлых МБР и РН Советского Союза? Попытаемся приблизиться к ответу на эти вопросы в мартовском обзоре.
 
 
 

 
14 марта 1930 года – день рождения Бориса Ивановича Губанова – главного конструктора ракет (СССР).

Борис Губанов родился в Ленинграде. Его отец Иван Павлович был связистом, а мама – Валентина Ильинична Губанова (Кутепова), несмотря на её 4-х классное образование, была любознательным человеком: «Атом! Это понимать надо» – говорила она внучке, и была с самого начала абсолютно уверена, что её первенец Борис будет знаменитым. Позже у Бориса появятся «Три сестры» – Людмила, Тамара и Зоя, которые будут очень любить своего старшего брата. «Нашу семью война застала в Саратове. Вначале, как все понимали, война – это ненадолго, через неделю-две она уже будет продолжаться на территории врага. Мы это впитали в себя ещё до начала войны. Молодёжь рвалась на фронт, потому что искренне считала – иначе не успеет повоевать… Но война быстро подминала под себя один город за другим, фронт катился с настораживающей быстротой. Осенью 1942 г. мы по-настоящему поняли, что такое война. Планомерные бомбёжки города. Как потом нам разъяснили, это был план, по которому после падения Сталинграда, одним из главных направлений продвижения немецких войск был Саратов и далее по Волге к Москве. Угнетала монотонность и безнаказанность бомбовых ударов по городу. Б. И. Губанов (14.03.1930 – 18.03.1999)Мы, 12-13 летние мальчишки вместе со взрослыми дежурили на крышах своих домов, готовые гасить «зажигалки», сбрасываемые с немецких самолётов. Утром после бомбёжки собирали осколки снарядов и бомб – то были «сувениры» военного детства. 14 и 15-летние стояли у станков на заводах. «Первая обязанность, которую на меня возложила мама на время бомбёжки, – я должен был с объявлением «Воздушная тревога» одеть на себя сумку из-под противогаза с документами и не расставаться с ней, если даже я буду на крыше. Почему-то она считала, что документы со мной будут сохраннее. Отец день и ночь был на работе – война!». «А мы с твоими сестрёнками бегать по ночам в бомбоубежища не будем – останемся дома. Если попадёт бомба, то убежище не спасёт. Умрём, то хоть вместе», – пояснила мама. Мои сестрёнки, как услышали «умрём вместе», так заплакали, как будто их хотели заживо похоронить, – горько, с отчаянной бессвязной мольбой не лишать жизни… Я, мальчишка, навсегда запомнил их рёв».

«Хлебные и продуктовые карточки, очереди в магазинах, затемнённые и заклеенные крест-накрест окна домов, работа на подхвате на заводе, учёба, огород летом, уборка колхозных полей, госпитали – раненные молодые ребята с фронта, военные, орденоносцы, герои-лётчики, фильм «Два бойца», пистолет в руках – дал подержать друг отца, уходящий на фронт. Были эшелоны солдат, обратно – эшелоны подбитых танков, орудий. Беженцы с Украины и Белоруссии, сожжённые села и деревни – вот память пацана тех лет». Может быть воспоминания военных лет Бориса Губанова и были главной причиной чрезвычайно ответственного отношения главного конструктора многих боевых ракетных комплексов к порученному делу?

После окончания школы Борис поступает в 1947 году в Казанский авиационный институт и станет, как выяснится много лет спустя, гордостью Казанского авиационного; он попадёт в девятку самых известных выпускников института, в честь которых установлены мемориальные доски на главном корпусе института. В студенческие годы Борис знакомится со своей будущей женой – Ниной Васильевной, с которой проживёт всю жизнь, студенткой Казанского финансово-экономического института, на одном из вечеров, где все юноши были из авиационного, а девушки – из экономического.

Ракета Р-16А на территории КБ «Южное» в Днепропетровске«Я прожил на Волге до Днепропетровска почти всю юность. Волга с её широкой водой, проплывающими один за другим пароходами, завораживает, притягивает». Губанов обзавёлся семьёй раньше, чем получил диплом инженера. Он рано стал самостоятельным.

После окончания института по распределению Губанов выбрал государственный союзный завод №586 в г. Днепропетровске по вполне прозаической причине – там молодым специалистам гарантировали жильё в течение года. Это был 1953 г. В этом же году у Губановых родилась дочь, которую назвали Наташей.

Здесь, в городе на Днепре, начинается трудовой путь Бориса Ивановича в качестве технолога цеха рулевых машинок завода №586. Впрочем, это продолжалось совсем недолго – Губанова переводят в «отдел 101», так тогда называлось серийное конструкторское бюро завода №586, которое возглавил Василий Сергеевич Будник. До этого он работал заместителем С. П. Королёва – главного конструктора опытно-конструкторского бюро – ОКБ-1 – по конструкторской части. Основной задачей КБ было сопровождение серийного производства королевских ракет Р-1, Р-2 и Р-5М – первой советской ракеты с ядерным боезарядом.

В ОКБ-586 инженер-конструктор, старший инженер, начальник группы, начальник сектора, зам. начальника отдела Губанов занимается разработкой головных частей – от проектно-конструкторских работ до лётных испытаний первых стратегических ракет разработки ОКБ-586 на высококипящих компонентах топлива – Р-12, Р-14, Р-16, оснащённых ядерными (термоядерными) зарядами.

Ядерные заряды разрабатывались в Арзамасе-16 под руководством Юлия Борисовича Харитона в обстановке строжайшей секретности.

«Моё непосредственное участие в разработке головных частей завершилось в 1962-1963 гг. Были созданы унифицированные головные части ракет Р-14 и Р-16. Меня М. К. Янгель уполномочил представлять интересы главного конструктора в Государственной комиссии по испытаниям ракет Р-14, которую возглавлял Василий Иванович Вознюк (начальник полигона в Капустином Яру)». Следующие два года (1964-1965 гг.) Борис Иванович – секретарь парткома ОКБ-586 (не освобождённый).

В конце 1967 – начале 1968 гг. была проведена структурная реорганизация с образованием тематических КБ. Проектное КБ-1 возглавил В. С. Будник, а конструкторское КБ-2 по жидкостным и твердотопливным ракетам и космическим ракетам-носителям – Б. И. Губанов. В. Ф. Уткин, ставший в октябре 1971 года преемником М. К. Янгеля на посту начальника и главного конструктора предприятия, назначил своим первым заместителем Б. И. Губанова. Оба, ещё при жизни М. К. Янгеля, не только отстояли право сохранить свою тематику и создать тяжёлую МБР Р-36 в баллистическом и глобальном вариантах, но и выработали предложения по разработке на её основе ракеты качественно нового уровня – Р-36М. Она отличалась разнообразием боевого оснащения, способностью длительного хранения в боевой готовности в защищённых шахтных пусковых установках, а также системой управления с бортовой ЭВМ, повышающей точность попадания. Кроме того, для Р-36М был реализован «миномётный» старт (впервые для тяжёлой ракеты). В 1978 году Б. И. Губанов успешно защитил докторскую диссертацию, посвящённую проблемам миномётного старта. В 1975 году первый вариант комплекса Р-36М был принят на вооружение, а 12 августа 1976 года главный конструктор комплекса Б. И. Губанов был удостоен звания Героя Социалистического Труда.

Кроме успешной работы по тематике тяжёлой МБР Р-36 и её модификаций, Борис Иванович руководил разработкой твердотопливной ракеты РТ-23 с уникальной системой управления – управляющие моменты и силы создавались в полёте за счёт отклонения головной части ракеты.

Пуск МБР РТ-23Б. И. Губанову довелось сотрудничать с ведущими двигательными «фирмами» Советского Союза. Прекрасно понимая, что без двигателя нет ракеты, он писал: «Не умаляя значения других систем этого «веретена»-ракеты, надо всё-таки сказать, что главным всё же является двигатель – как энергетическое начало движения. Без надёжного двигателя вся проблема ракетостроения оставалась бы фантазией. Источник же энергии в двигателе – топливо. Поэтому проблема двигателя – это проблема топлива. Твёрдое, жидкое – главное, эффективное топливо, приемлемое в эксплуатации».

Не чужд был Борис Иванович и космической тематики. Он имел непосредственное отношение к испытаниям лунного посадочного корабля ЛК и ракетного блока Е (обзор №2-33 21–30.09.2017). Для того чтобы убедиться в надёжности работы блока Е (разработки ОКБ-586) необходимы были испытания его на орбите в реальных условиях космоса. На проведение такого рода испытаний настаивали, прежде всего, двигателисты, ну и, конечно, конструкторы блока в целом. Как вспоминали участники тех событий: «…здесь нужно отдать должное Б. И. Губанову, который добился трёх пусков модификации лунного корабля (изделие Т-2К) с блоком «Е» на «семёрке» (т.е. на королёвской ракете Р-7А). Все три испытания прошли успешно, без замечаний». В результате блок «Е» оказался единственным блоком ракетно-космического комплекса Н-1-Л-3, который прошёл все этапы отработки, включая лётные испытания.

В мае 1982 года, приказом министра, Б. И. Губанов был назначен первым заместителем генерального конструктора НПО «Энергия» В. П. Глушко, работавшего над созданием многоразовой ракетно-космической системы «Буран». «В начале января 1982 г. меня вызвал С. А. Афанасьев. Я приехал из Днепропетровска и поздно вечером был принят министром. Сергей Александрович сказал: «Видимо, будет тебе предложение от В. П. Глушко перейти к нему первым заместителем и главным конструктором «Бурана» (тогда «Бураном» назывался весь комплекс: ракета-носитель и космический корабль), мы заинтересованы в твоём переходе: надо Глушко помочь – мы тебя поддержим».

Так и не полетевшая РН «Энергия-М»В то время главным конструктором «Бурана» был Игорь Николаевич Садовский – сильный проектант, работавший у С. П. Королёва, но не сработавшийся с В. П. Глушко и подавший министру заявление с просьбой об отставке. Губанов предложил Садовскому остаться его первым заместителем и получил согласие.

«Я попросил, зная В. П. Глушко лично и по характеристикам его же коллег, предоставить мне полную самостоятельность и независимость в действиях. В своё время Михаил Кузьмич (Янгель) говорил, когда назначал меня главным инженером: «Работай самостоятельно, делай ошибки – мы тебя поправим…». Янгель, действительно, не имел привычки опекать, тем более мелочно. С ним было интересно работать. Глушко принял мои условия. Надо сказать, что в течение всего времени работы под его началом я не ощущал авторитарного давления».

Пять лет работы привели к первому полёту сверхтяжёлой ракеты «Энергия» (15.05.1987). Следующим шагом должен был стать первый полёт многоразовой ракетно-космической системы. Государственная комиссия возложила обязанности технического руководителя испытаниями системы «Энергия-Буран» на Б. И. Губанова. В 1988 году первый полёт «Бурана» в автоматическом режиме успешно состоялся. На этом всё и закончилось. Перестройка, развал СССР, переориентация НПО «Энергия» на другие цели, среди которых не оказалось места для многоразовой ракетно-космической системы, и другие причины привели к уходу Б. И. Губанова из Объединения 15 июля 1993 г. Учитывая требования к транспортным системам, он организовал коллектив разработчиков проекта «Воздушный старт», по которому для пуска РН использовался транспортный самолёт. Но увы, этот проект так и не был реализован.

Борис Иванович сумел обобщить свой уникальный опыт в четырёхтомной книге «Триумф и трагедия «Энергии». Размышления главного конструктора», изданной его учениками и последователями.


 

17 марта 1966 года – первый старт космического аппарата с космодрома Плесецк (СССР).

Единственный в Европе космодром Плесецк осуществляет запуски космических аппаратов военного, народнохозяйственного и научного назначения, а также по программе международного сотрудничества. Космодром расположен на территории Архангельской области (административный центр – г. Мирный). Численность персонала космодрома: военнослужащих – 13000 человек, гражданских – 2200 человек. В составе космодрома имеется: 6 стартовых комплексов (9 пусковых установок для запуска ракет-носителей типа «Союз», «Молния», «Космос», «Циклон-3». Более далёкая перспектива космодрома связана с новой РН «Ангара» (испытания новой РН проводились в 2014 году) и модернизированной РН «Союз-2».

Схема космодрома ПлесецкПодготовка ракет-носителей и космических аппаратов осуществляется в семи монтажно-испытательных корпусах. В составе космодрома 2 станции для заправки РН и двигательных установок космических аппаратов, более 600 км транспортных магистралей. Общая площадь 1762 км2.

Первоначально Плесецк не был официально наделён статусом космодрома. Здесь располагался объект «Ангара» – база ракетных войск стратегического назначения (РВСН), где дислоцировалось первое боевое соединение межконтинентальных баллистических ракет Р-7. Именно здесь в январе 1960 года были поставлены на боевое дежурство первые советские ракеты с ядерными боеголовками.

Созданная в конце 50-х – начале 60-х годов инфраструктура позволила в дальнейшем достаточно быстро трансформировать её в ракетный полигон. 17 марта 1966 года отсюда стартовала РН «Восток». Она вывела на орбиту спутник «Космос-112».


 

При подготовке материалов были использованы следующие источники:

  1. В. А. Задонцев. Герой Социалистического Труда Борис Иванович Губанов (1930-1999) – главный конструктор РН «Энергия» и МКС «Энергия-Буран». К 85-летию со дня рождения. – Харьков: Нац. аэрокосм. ун-т «ХАИ» / Журнал «Авиационно-космическая техника и технология», №7 (124), 2015.
  2. Б. И. Губанов. Триумф и трагедия «Энергии». Размышления главного конструктора / В 4-х томах. – Нижний Новгород: Изд-во НИЭР, 1998-2000.
  3. С. П. Уманский. Ракеты-носители. Космодромы. – М.: «Рестарт+», 2001.

 


« »



Оставьте свой комментарий

Вы должны быть авторизованы чтобы оставлять комментарии.

Рейтинг@Mail.ru